Доверительная собственность гк рф

Доверительная собственность (траст) — что это?

Процесс изменения регулирования: доверительная собственность — траст, затем доверительное управление

При отсутствии значительной частной собственности советское гражданское право не нуждалось в институтах, опосредующих управление ею, тем более в таких сложных вариантах, как доверительная собственность.

Попытки заимствования относятся уже к новому российскому праву начала 1990-х годов. При этом можно наблюдать 2 этапа:

  1. Прямую рецепцию, начиная с упоминания в отдельных нормативных актах и заканчивая установлением траста сверху — Указом Президента РФ «О доверительной собственности (трасте)» от 24.12.1993 № 2296 (далее — Указ № 2296).
  2. Отказ от классического траста и процесс введения доверительного управления собственностью в виде разработки и принятия ч. 2 Гражданского кодекса.

В чем причина отхода от траста? Проблема — во внедрении института, предусматривающего расщепление собственности (доверительный собственник, учредитель траста, бенефициарий), при наличии свойственной континентальной системе унитарной (неделимой) модели собственности. В первую очередь такая сверхфидуциарная конструкция (доверительная собственность, т. е. полная передача титула, — высочайший уровень доверия) не имела адекватной правовой защиты, и механизмы ее создания в законодательстве отсутствовали. Поэтому при разработке ГК РФ была принята более удобная для регулирования форма доверительного управления (подробнее — в статье «Договор доверительного управления имуществом»).

Почему сейчас вновь обсуждается именно доверительная собственность? Ответ на этот вопрос вытекает из особенностей современного применения этого института.

Доверительная собственность (траст) в английском праве

Траст возник в английском праве из исторического института, оформлявшего управление имуществом рыцарей, отправляющихся в походы. Сейчас он регулируется законом о трасте 2000 года (Trustee Act). Участники отношений: учредитель траста (settlor или trustor), который передает имущество доверительному собственнику (trustee), получатель дохода — бенефициар, или бенефициарий (beneficiary).

Доверительная собственность имеет следующие основные особенности:

  • Номинальный собственник по общему праву (legal owner) — трасти.
  • Бенефициар и учредитель траста — собственники по праву справедливости (equitable owner). Траст в целом является институтом права справедливости (law of equity).
  • Обязательства доверительного собственника носят фидуциарный (доверительный) характер, что обусловлено их правовой природой.

Таким образом, между тремя субъектами отношений расщепляется право собственности в его правомочиях на управление, использование (трасти), извлечение дохода (бенефициар). Конструкция оказалась удобной в обороте, особенно при необходимости сохранения в тайне учредителя траста и бенефициара, отделения имущества, переданного в траст, от обязательств бенефициара. И этим можно объяснить то обстоятельство, что доверительная собственность широко распространена в офшорах.

В английском праве бенефициар может защитить свои права несколькими исками:

  • вещным (propriety claim) — к трасти;
  • иском преследования (follow) — к третьему лицу;
  • иском об установлении ценности имущества траста в виде результата преобразования первоначального объекта (trace).

Препятствия к внедрению траста в континентальные системы права

При изучении траста в XX веке европейскими правоведами были выявлены следующие препятствия к рецепции траста в континентальных правопорядках:

  • унитарная конструкция собственности;
  • закрытый перечень вещных прав;
  • свобода распоряжения собственника;
  • принцип ответственности должника по его обязательствам всем своим имуществом;
  • принцип равного положения кредиторов;
  • защита добросовестного приобретателя (иск о преследовании, которым наделен бенефициар в английском праве, лишает прочности положение добросовестного приобретателя).

В правовых системах т. н. смешанной юрисдикции (тяготеющих к континентальному праву и общему праву одновременно): Шотландии, Луизианы, Квебека, ЮАР, Израиля, Филиппин — прямой рецепции траста в виде расщепления собственности не произошло. В большинстве случаев трасти не признается собственником имущества, переданного ему в управление (в ЮАР существует 2 варианта траста, в Квебеке субъект права собственности при трасте отсутствует). Бенефициар вправе предъявить к управляющему иски, вытекающие из обязательств.

Наиболее близкая к исходной конструкция траста закреплена в странах Латинской Америки (моделью послужил венесуэльский закон 1956 года).

Траст в международном праве

Конвенция «О праве, применимом к трастам, и о признании трастов» (Гаага, 01.07.1985; далее — Конвенция) вводит широкое рамочное международное регулирование, отличающееся от исходного варианта траста:

  1. Целевой характер (управление к выгоде бенефициара или для достижения оговоренных целей).
  2. Передача имущества под контроль управляющего, т. е. расщепление собственности не включается в перечень конституирующих признаков (ст. 2.1 Конвенции).
  3. Образование отдельного трастового фонда с передачей титула управляющему, который имеет право распоряжения и обязан отчитываться о своих действиях (ст. 2.2).

В Конвенции не указано, кому подотчетен трасти, отсутствует упоминание о фидуциарном характере отношений при трасте. При обособленности имущества, переданного в траст, от имущества управляющего не предусматривается возможность обращения взыскания на него по обязательствам учредителя траста.

В литературе указывается, что полученная свободная конструкция ничем не отличается от агентирования и комиссии. По сути, она узаконивает не траст, а трастоподобные конструкции (trust-like devices), многие из которых имеют характер номинального траста, т. е. прикрывают фактическое управление собственником, в отличие от реального траста, являющегося исторически сложившимся правовым институтом Англии.

История института траста в России

Указ 1993 года остался в истории в качестве варианта полной рецепции траста, однако без учета и перенесения специфических способов защиты прав, выработанных применительно к этому институту за века его применения.

В частности, предусматривалось следующее:

  • имущество передается на определенный срок доверительному собственнику, а доверительный собственник обязан осуществлять право собственности на него исключительно в интересах бенефициария (пп. 3, 9 Указа № 2296), при этом он не вправе приобрести его в собственность в течение срока действия договора (п. 12);
  • к праву доверительной собственности применяются правила о праве собственности (п. 4);
  • трасти несет неограниченную имущественную ответственность по обязательствам, связанным с исполнением договора, и перед бенефициарием (п. 13);
  • имущество, переданное в траст, отделяется от другого имущества трасти (п. 14);
  • трасти подотчетен учредителю траста (пп. 18, 19).

Таким образом, конструкция, закрепленная в Указе № 2296, воспроизводит основные черты классического траста: переход права собственности, отсутствие представительства (трасти действует в обороте как собственник, от своего имени) и др.

В п. 21 Указа № 2296 предусматривалось, что до вступления в силу нового ГК РФ в траст передаются только пакеты акций АО, созданных при приватизации. Отсюда следует вывод, что Указ № 2296 не претендовал на введение английского института в российское право, но предлагал нестандартную модель правоотношений, узко применимую к очерченным в нем обстоятельствам.

Траст и доверительное управление: различия и сходство

В гл. 53 ГК РФ закреплен новый институт российского права — договор доверительного управления. Различия между ним и оригинальным институтом траста сведены в таблицу.

Имущество переходит в номинальную собственность трасти

Имущество передается только в управление, титул остается за собственником

Вещный характер правомочий

Правомочия основаны на договоре

Указание на срок необязательно

Срок — существенное условие

Трасти действует как собственник, не раскрывая отношений траста

Представительский характер отношений (осведомленность третьих лиц о наличии доверительного управления)

Возможность защиты прав бенефициара путем предъявления исков к третьим лицам

Выгодоприобретатель защищает только обязательственные права, вытекающие из договора доверительного управления

Как видно, рассматриваемые институты создают принципиально различные правовые схемы взаимодействия участников отношений, разный объем полномочий и разные варианты защиты прав. Общей является только цель участников отношений — передача имущества в управление специалисту с возложением на него максимально возможного объема рисков.

Траст и другие институты

Из приведенных характеристик траста видно, что этот вариант управления имуществом имеет некоторое сходство с другими правовыми институтами:

  • С агентским договором, который допускает вариабельность полномочий агента, и договором комиссии. Существенным отличием является неполная самостоятельность агента и комиссионера (ст. 992 ГК РФ). В правовом регулировании ГК РФ агентирование и комиссия тяготеют к торговым сделкам (см. статью «Договор комиссии по ГК РФ (образец)»).
  • Договором эскроу (гл. 47.1 ГК РФ). Сближающим моментом является необходимость обособления переданного имущества и передача его бенефициару. Коренными отличиями являются отсутствие правомочий по управлению и распоряжению объектом депонирования и срочный характер.
  • Российским институтом наследственного фонда, который вводится с 01.09.2018 законом «О внесении изменений…» от 29.07.2017 № 259-ФЗ. Различают основания возникновения и целевой характер, правовой статус фонда в качестве юрлица. В английском праве аналогом наследственного фонда является именно классический траст.

Непоименованное трастовое соглашение

Договоры об учреждении траста не расцениваются в качестве ничтожных по мотиву противоречия законодательству РФ, в частности ст. 209 ГК РФ, и применяются судами (см., например, апелляционное определение Самарского областного суда от 13.03.2017 по делу № 33-2969/2017).

Вместе с тем возникают сложности с определением лица, являющегося настоящим собственником траста. Так, по одному из дел имело существенное значение, является ли владелец акций резидентом РФ. При этом 100% акций компании — собственника акций находились в бенефициарной собственности российских граждан и доверительной собственности иностранного резидента. Суды последовательно давали разные ответы на этот вопрос, в итоге ВС РФ указал, что бенефициарным собственником является гражданин РФ (см. определение ВС РФ от 31.05.2017 по делу № А63-5209/2016).

При отсутствии специальных средств защиты прав у бенефициаров возникают сложности при оспаривании сделок, проведенных доверительными собственниками, поскольку непоименованное соглашение создает права и обязанности только для его участников, а не для третьих лиц, а специальные правовые средства защиты отсутствуют (см. апелляционное определение Мосгорсуда от 30.03.2016 по делу № 33-7984/2016).

Развитие регулирования траста

Ведущим мотивом введения в закон понятий, восходящих к трасту (бенефициарный собственник, бенефициарий), остается фискальное регулирование. Данное направление идет в тренде международного регулирования, соответствующие правовые позиции были заложены еще в Модельной налоговой конвенции ОЭСР 1963 года в ред. 1977 года:

  • С 2013 понятие «бенефициарный владелец (собственник)» внесено в закон «О противодействии легализации…» от 07.08.2001 № 115-ФЗ. В соответствии с подп. 1, 2 п. 1 ст. 7 закона № 115-ФЗ банки обязаны устанавливать учредителей и доверительных собственников трастов.
  • С 01.01.2015 введены п. 4 ст. 7 и ст. 312 Налогового кодекса, предусматривающие налогообложение по нормам РФ доходов, если их фактический владелец является резидентом РФ. Общие понятия по теме раскрываются в письме Минфина РФ от 09.04.2014 № 03-00-РЗ/16236, а один из наиболее актуальных обзоров соответствующей практики — в приложении к письму ФНС РФ «О практике рассмотрения споров…» от 28.04.2018 № СА-4-9/8285@.

Концепция бенефициарного собственника остается институтом публичного права и преследует цель установления получателя дохода. Первым шагом к узаконению цивилистической модели траста или квази-траста следует считать нормы о наследственном фонде. Дальнейшее развитие норм может быть связано с желанием привлечь капиталы, циркулирующие в офшорных юрисдикциях. Акцент в этом случае должен быть на гарантиях прав бенефициаров. Проекты такого регулирования пока отсутствуют.

Итак, траст неразрывно связан с расщеплением права собственности между доверительным собственником и бенефициаром, что и обусловило отказ от рецепции данного института в свое время. Возвращение к теме регулирования траста может быть связано с намерением привлечь инвестиции и потребует установления дополнительных гарантий для бенефициаров.

Статья оказалась полезной? Подписывайтесь на наш канал RUSЮРИСТ в Яндекс.Дзен!

Статья 1012. Договор доверительного управления имуществом

1. По договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

Передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему.

2. Осуществляя доверительное управление имуществом, доверительный управляющий вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические действия в интересах выгодоприобретателя.

Законом или договором могут быть предусмотрены ограничения в отношении отдельных действий по доверительному управлению имуществом.

3. Сделки с переданным в доверительное управление имуществом доверительный управляющий совершает от своего имени, указывая при этом, что он действует в качестве такого управляющего. Это условие считается соблюденным, если при совершении действий, не требующих письменного оформления, другая сторона информирована об их совершении доверительным управляющим в этом качестве, а в письменных документах после имени или наименования доверительного управляющего сделана пометка «Д.У.».

При отсутствии указания о действии доверительного управляющего в этом качестве доверительный управляющий обязывается перед третьими лицами лично и отвечает перед ними только принадлежащим ему имуществом.

4. Особенности доверительного управления паевыми инвестиционными фондами устанавливаются законом.

5. Особенности доверительного управления автомобильными дорогами общего пользования федерального значения устанавливаются законом.

Комментарий к Ст. 1012 ГК РФ

1. В ранее действовавшем законодательстве норм, подобных тем, что сосредоточены в ст. ст. 1012 — 1026, образующих гл. 53 ГК РФ, не было. Появление системы норм о доверительном управлении обусловлено рядом причин. В частности, тем, что собственник, не обладающий достаточными познаниями в экономике, праве и прочих науках, должен иметь возможность передать свое имущество в управление лицу более компетентному. Такую же возможность следовало предоставить и собственнику, не располагающему достаточным количеством времени или попросту не желающему заниматься такой деятельностью. Иногда складывается ситуация, когда имущество, требующее постоянного управления, остается на какое-то время, условно говоря, безнадзорным (при признании гражданина безвестно отсутствующим, после открытия наследства и т.п.). Такого рода оснований для введения норм о доверительном управлении ранее не существовало (была иная система экономических отношений, частная собственность отсутствовала; допуская некоторое преувеличение, можно утверждать, что всем управляли партия и государство, а остальным субъектам такие нормы были не нужны в связи с отсутствием объектов, требующих управления, и т.д.).

Кроме того, в связи с введением в российское гражданское законодательство института доверительного управления имуществом пресекались неуклюжие попытки внедрения в отечественное право англо-американской системы доверительной собственности (траста) . (Кстати, не случайно в п. 4 ст. 209 ГК РФ при упоминании права собственника передать свое имущество в доверительное управление, а также в абз. 2 п. 1 комментируемой статьи подчеркивается, что передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности к доверительному управляющему.)

Читайте так же:  Заявление на утверждение темы вкр

———————————
См., в частности, Указ Президента РФ от 24 декабря 1993 г. N 2296 «О доверительной собственности (трасте)» // Собрание актов Президента РФ и Правительства РФ. 1994. N 1. Ст. 6.

2. Сторонами рассматриваемого договора являются учредитель управления (см. ст. 1014 ГК и комментарий к ней) и доверительный управляющий (см. ст. 1015 ГК и комментарий к ней).

Управление имуществом осуществляется в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя). Если имущество передано в доверительное управление в интересах третьего лица (выгодоприобретателя), то в правовых отношениях, порождаемых договором, участвуют (имеют права и обязанности) три лица: учредитель управления, доверительный управляющий и выгодоприобретатель. Если же управление должно осуществляться в интересах учредителя управления, то права и обязанности возникают у двух субъектов — учредителя управления и доверительного управляющего. В этом случае учредитель управления выступает одновременно и в качестве выгодоприобретателя. Казалось бы, это само собой разумеется. Следует, однако, обратить внимание на то, что закон (п. 2 комментируемой статьи) говорит о выгодоприобретателе, очевидно, имея в виду в том числе и учредителя управления. В других случаях в законе четко различаются фигуры учредителя управления и выгодоприобретателя (их права, обязанности доверительного управляющего в отношении того и другого и т.д.), т.е. выгодоприобретателем именуется третье лицо, в интересах которого учреждено доверительное управление. Так, одним из существенных условий договора в п. 1 ст. 1016 ГК РФ названо указание субъектов, «в интересах которых осуществляется управление имуществом (учредителя управления или выгодоприобретателя)». «Доверительный управляющий представляет учредителю управления и выгодоприобретателю отчет о своей деятельности», — говорится в п. 4 ст. 1020 ГК РФ. В абз. 1 п. 1 ст. 1022 Кодекса речь идет о возмещении упущенной выгоды выгодоприобретателю и убытков — учредителю управления (см. также п. 2 ст. 1021, абз. 2 п. 1 ст. 1022, п. 4 ст. 1022 ГК).

Таким образом, если доверительное управление осуществляется в интересах учредителя управления, то, оценивая (квалифицируя) действия соответствующего субъекта, сверяя их с законом, требуется всякий раз устанавливать, действовал ли он как учредитель управления, как сторона договора или как лицо, в пользу которого учреждено управление.

3. В п. 1 комментируемой статьи говорится, что доверительное управление должно осуществляться в интересах учредителя управления или указанного им выгодоприобретателя. Интерес может заключаться в обеспечении сохранности имущества, получении доходов в процессе его использования и т.д.

Возможны варианты, когда благодаря доверительному управлению удовлетворяются только интересы учредителя управления. Например, в управление передается объект недвижимости, доход от использования которого (допустим, путем сдачи в аренду) будет поступать учредителю управления. При этом интерес учредителя управления может быть не только в получении такого дохода. В зависимости от условий договора он может заключаться также в обеспечении сохранности объекта, его надлежащем содержании и эффективной эксплуатации и т.д.

Несмотря на то что в п. 1 комментируемой статьи говорится об интересах учредителя управления или выгодоприобретателя, думается, интерес учредителя есть почти всегда, даже если назначен выгодоприобретатель. При отсутствии интереса у учредителя доверительное управление не будет учреждено. (Можно, конечно, попытаться выделить интерес в учреждении управления и интерес в осуществлении управления. Как представляется, это будет игра в слова, не могущая иметь для юриста какого-либо значения.) Так, при назначении выгодоприобретателя, который будет получать доход, интерес учредителя может заключаться в том, чтобы доверительный управляющий сохранял имущество. И даже в тех случаях, когда, казалось бы, существуют только интересы выгодоприобретателя, все же есть и интерес учредителя — хотя бы в том, чтобы выгодоприобретатель получал какую-то пользу (выгоду). Например, руководствуясь родственными чувствами, учредитель хочет облагодетельствовать своих родителей. Следует подчеркнуть еще раз: если у собственника имущества нет интереса в учреждении управления, то, естественно, не будет и договора доверительного управления.

Таковы общие правила, из которых, разумеется, есть исключения (потому и сказано, что интерес учредителя есть почти всегда). Так, при передаче имущества в доверительное управление нотариусом (см. п. 2 настоящего комментария и ст. 1013) последний выполняет возложенные на него публично-правовые функции. То же самое происходит при учреждении управления органом опеки и попечительства (ст. ст. 38, 43 ГК).

При учреждении и осуществлении доверительного управления всегда есть и интерес доверительного управляющего. Прежде всего он заключается в получении вознаграждения. И даже если договор безвозмездный, интерес доверительного управляющего не всегда очевиден, но он есть. В противном случае — при отсутствии интереса у соответствующего лица — отношения, в которых оно было бы доверительным управляющим, не возникнут.

4. Из определения договора, содержащегося в п. 1 комментируемой статьи, следует, что права и обязанности сторон возникают с момента передачи имущества в доверительное управление (договор является реальным).

Договор относится к числу двусторонне обязывающих (двусторонних, взаимных), т.е. каждая из сторон имеет и права, и обязанности.

Формулировки закона о вознаграждении доверительному управляющему (п. 1 ст. 1016, ст. 1023 ГК) как будто дают основание предполагать, что по общему правилу договор доверительного управления является безвозмездным (предполагается безвозмездность). Учитывая, однако, что доверительным управляющим может быть индивидуальный предприниматель или коммерческая организация (за исключением унитарного предприятия) (абз. 1 п. 1 ст. 1015 ГК), такое предположение представляется ошибочным. По общему правилу договор имеет возмездный характер. В случаях, когда доверительное управление осуществляется по основаниям, предусмотренным законом, и доверительным управляющим избран гражданин, не являющийся предпринимателем, или некоммерческая организация (абз. 2 п. 1 ст. 1015 ГК), договор является возмездным, если выплата вознаграждения предусмотрена договором (в этих случаях предполагается безвозмездность).

Любое обязательство существует в течение определенного или неопределенного срока. Обязательство, порождаемое договором доверительного управления имуществом, всегда носит срочный характер (подробнее см. ст. 1016 ГК и комментарий к ней).

5. Указание на то, что передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему, лишь на первый взгляд предназначено только для отграничения доверительного управления от доверительной собственности (траста). На самом деле в таком указании более глубокий смысл. Доверительный управляющий совершает в отношении имущества, переданного ему в управление, любые юридические и фактические действия, осуществляет правомочия собственника. Но при этом он, во-первых, действует в пределах, предусмотренных законом и договором (см. п. 1 ст. 1020 и соответствующий комментарий), во-вторых, в интересах выгодоприобретателя (п. 2 комментируемой статьи) и учредителя управления (см. п. п. 2, 3 настоящего комментария). Сам же доверительный управляющий выгодоприобретателем быть не может (п. 3 ст. 1015 ГК). В-третьих, собственник владеет, пользуется и распоряжается своим имуществом своей властью (по своему усмотрению), а доверительный управляющий — властью собственника.

6. Доверительный управляющий выступает в гражданском обороте от своего имени. Однако другие участники оборота должны быть осведомлены, что вступают в отношения не с собственником вещей, не с обладателем исключительных прав и т.д. (см. ст. 1013 ГК и комментарий к ней), но с доверительным управляющим. В п. 3 комментируемой статьи, во-первых, предусмотрена обязанность субъекта информировать о том, что он действует в качестве доверительного управляющего. Хотя в законе речь идет только о сделках, думается, соответствующая информация должна предоставляться и в иных случаях совершения доверительным управляющим юридически значимых действий. Во-вторых, сформулированы юридико-технические правила о порядке исполнения доверительным управляющим указанной обязанности. В-третьих, указываются последствия неисполнения этой обязанности: обязательство существует, но доверительный управляющий отвечает своим имуществом, а не тем, которое находится у него в доверительном управлении.

7. Включение в комментируемую статью п. п. 4 и 5 обусловлено введением в законодательство множества особенностей доверительного управления паевыми инвестиционными фондами и автомобильными дорогами общего пользования федерального значения. Такие особенности введены Федеральными законами от 29 ноября 2001 г. N 156-ФЗ «Об инвестиционных фондах» и от 17 июля 2009 г. N 145-ФЗ «О государственной компании «Российские автомобильные дороги» и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» , а также некоторыми иными актами.

———————————
Собрание законодательства РФ. 2007. N 50. Ст. 6247.

Собрание законодательства РФ. 2009. N 29. Ст. 3582.

Среди таких особенностей можно отметить, например, что в соответствии со ст. 13 Закона об инвестиционных фондах в доверительное управление открытым и интервальным паевым инвестиционным фондам могут быть переданы только денежные средства (ср. с п. 2 ст. 1013 ГК).

Во втором из названных федеральных законов, в частности, предусмотрено, что в соответствии с этим Законом «учреждается доверительное управление автомобильными дорогами общего пользования федерального значения». Учредителем и выгодоприобретателем доверительного управления является Российская Федерация. Указанные дороги передаются в доверительное управление государственной компании на 99 лет. При передаче дорог в доверительное управление государственной компании заключение договора не требуется (!) (составляется передаточный акт) (ст. ст. 28 — 32 Закона).

Соотношение доверительной собственности с договором доверительного управления

Соотношение разных документов может быть полным или частичным. Так, если взять доверительную собственность по Великобритании (траст) и договор доверительного управления по РФ, можно выделить множество нюансов. Повышать эффективность управления госимуществом было актуально в 90-х годах, когда использовались только две концепции — передача в доверительную собственность и приватизация.

По прошествии некоторого времени многие выбрали приватизацию, хотя это не для каждого случая является верным решением. Осуществлять управление госимуществом вполне реально и без отчуждения. В одном ряду стоит концепция приватизации и способы эффективного управления имуществом, которое сохраняется в собственности государства.

Первоначально появилось направление доверительной собственности, а потом уже и доверительное управление.

Разницу между этими направлениями найти нетрудно:

  • доверительное управление предполагает использование двух прав собственности, которые могут принадлежать разным лицам относительного одного и того же объекта;
  • доверительное управление построено на том, что собственник полностью сохраняет свое право на имущество в случае передачи его в доверительное управление;
  • траст же включает корни доверительного управления, а передача прав собственности отдается управляющему, т. е. допускается разъединение этого права.

Как только был запущен приватизационный процесс, термин «траст» стал широко использоваться, и особенно среди ученых. Так, русский профессор по фамилии Суханов выразил свое мнение насчет английского института «траста», считая его совершенно чуждым правопорядку нашей страны, а потому он не поддерживал идею равняться на него.

В конце 1992 года был подготовлен специальный проект, который работал против внедрения института доверительной собственности. Но хоть концепция и не завоевала доверия, был подписан законодательный документ о трасте 24.12.1993. В связи с этим доверительное управление утратило свою силу.

Было бы кстати выделить и сущность доверительной собственности, которая заключается в возложении обязательств на лицо по праву справедливости. Причем от этого лица требуется совершать сделки с имуществом в пользу другого лица (бенефициарий), имеющего интерес в приобретении имущества.

Доверительная собственность включает в себя несколько необходимых звеньев:

  1. регулируется с правом справедливости;
  2. право справедливости обеспечивает защиту бенефициария;
  3. доверительный собственник имеет свои обязательства по праву справедливости;
  4. права доверительного собственника фидуциарны, т. е. доверительны.

Новую систему изначально было трудно понять, т. к. она связана по цепочке: учредитель траста является действительным собственником и может передавать свои права управляющему (в данном случае полноправный собственник), который отдает доход бенефициарию, т. е. действует в его интересах.

Правом собственности обладает каждое лицо:

  1. управляющий имеет общее право управления и может распоряжаться имуществом, даже использовать возможность его отчуждения;
  2. бенефициар защищен правом справедливости и гарантированно получает доход от управления;
  3. учредитель может пользоваться правом изменения или отмены.

Ни один из участников не имеет полного права, т. к. оно расщепляется для каждого. Траст отдает разные права каждому лицу, и при этом кто-то может пользоваться лишь правом справедливости, а кто-то — общим правом. Категория единого права в этой системе отсутствует.

Если рассматривать современные нормы Гражданского кодекса, то найти в них отражение английского траста нет возможности. Согласно одной статье этого кодекса, одна сторона может передать управление другой стороне на некоторый срок в условиях доверительного управления, а другая сторона должна управлять имуществом с выгодой для указанного лица.

Передача имущества в такое управление не подразумевает и передачу права собственности. Место доверительного управляющего могут занимать не все, а лишь участники имущественного оборота, т. е. организация или предприниматель. Но законом предусмотрены и другие случаи для обычных граждан, которые нужно уточнять. Передавать имущество госоргану или членам местного самоуправления в рамках доверительного управления невозможно.

Глава 53. Доверительное управление имуществом

Договор доверительного управления имуществом — новый для нашего законодательства,

хотя некоторые его «зачатки» в виде, например, «трастовых операций» банков

или управления имуществом в интересах других лиц конкурсным управляющим или

исполнителем завещания (душеприказчиком) встречались и ранее.

Прежде всего, необходимо иметь в виду, что этот договор не имеет ничего

общего с передачей имущества в «доверительную собственность» («траст»), которую

пытались навязать отечественному правопорядку путем прямого, буквального заимствования

аналогичного института англо-американского права (п. 1 Указа Президента РФ

от 24 декабря 1993 года N 2296 «О доверительной собственности (трасте)»).

Институт доверительной собственности (траста) отсутствует в континентальных

правопорядках, поскольку он основан на весьма своеобразных средневековых традициях

английского права, заимствованных впоследствии американской правовой системой.

Англо-американский правопорядок, базирующийся на системе судебных прецедентов

(решений по конкретным спорам), имеет совершенно иную систему правовых отраслей,

нежели континентальное право. В нем выделяется так называемое «право справедливости»

(legal equity), возникшее в феодальные времена из различия судов общей юрисдикции

(породивших другую ветвь этого права — общее право, «common law») и суда лорда-канцлера.

Институтом этой ветви английского права и стал траст (trust — доверие), споры

по поводу которого разрешались по правилам «права справедливости». Траст («доверительную

собственность») нельзя относить ни к вещным, ни к обязательственным правам,

ибо такое деление имущественных прав неизвестно породившему его правопорядку.

Именно поэтому «введение» этого института в отечественный правопорядок президентским

указом было крайне неудачной и непродуманной попыткой использования чужеродных

конструкций, рассчитанных на совершенно иную «систему координат».

Гражданский кодекс использует понятие не доверительной собственности траста, а доверительного управления чужим имуществом. Такое управление

не влечет перехода права собственности на имущество от собственника к доверительному

управляющему, не «расщепляет» это право и в принципе не меняет прав собственника

Читайте так же:  Патент по тюменской области

на имущество (п. 4 ст. 209, абз. 2 п. 1 ст. 1012). Поэтому названный президентский

указ, реально действовавший согласно своему п. 21 до вступления в силу нового

ГК, в настоящее время следует считать утратившим юридическую силу. В ч. 2

ст. 5 новой редакции Закона о банках и банковской деятельности (от 3 февраля

1996 года) теперь также говорится о доверительном управлении имуществом, а

не о «трастовых операциях».

Отношения доверительного управления могут возникать не только в силу

договора собственника с доверительным управляющим, но и в других прямо предусмотренных

законом случаях (п. 1 ст. 1026 ГК). Во-первых, это необходимость постоянного

управления недвижимым или ценным движимым имуществом подопечного (ст. 38 ГК).

Во-вторых, назначение наследодателем исполнителя своего завещания (душеприказчика).

В-третьих, иные установленные законом случаи, в частности реализация имущества

собственника конкурсным управляющим при банкротстве. В первом случае имущество

используется в интересах недееспособных или частично дееспособных собственников,

причем по договору доверительного управления, хотя и заключаемому не с собственником,

а с органом опеки и попечительства. В двух других имущество обращается в пользу

третьих лиц (наследников, кредиторов), становящихся его собственниками. Но

во всех ситуациях к таким отношениям доверительного управления тоже применяются

общие правила о договоре доверительного управления, если иное прямо не указано

в законе или не вытекает из существа данных отношений (п. 2 ст. 1026 ГК).

В этом смысле нормы о данном договоре имеют общее значение.

В соответствии с договором доверительного управления учредитель управления

передает управляющему на определенный срок часть своего имущества, которое

используется последним в интересах либо учредителя, либо указанного им третьего

лица (выгодоприобретателя, бенефициара, в роли которого вполне может выступать

и сам собственник, — п. 1 ст. 1012 ГК). Потребность в такой передаче может

определяться неопытностью или неспособностью собственника эффективно управлять

некоторыми объектами принадлежащего ему имущества (например, имущественные

комплексы-предприятия, ценные бумаги-акции, авторские права и т. д.), желанием

привлечь для этого опытных профессионалов, а также его намерением облагодетельствовать

кого-либо (выгодоприобретателя) и другими аналогичными соображениями. Важно

иметь в виду, что такого рода отношения могут возникнуть как для частной,

так и для публичной собственности.

Предметом договора доверительного управления является совершение управляющим

«любых юридических и фактических действий в интересах выгодоприобретателя»

(п. 2 ст. 1012 ГК), если только какие-то из них прямо не исключены законом

или договором (например, действия по безвозмездному отчуждению находящегося

в управлении имущества). Уже по этому признаку договор доверительного управления

имуществом четко отграничивается от договоров поручения и комиссии, имеющих

предметом совершение юридических действий либо только сделок. Что же касается

агентского договора, то он предусматривает возможность выступления агента

от имени принципала, не присущую отношениям доверительного управления. Кроме

того, агентский договор всегда является возмездным и допускает (а нередко

и предполагает) выполнение обязанностей фактического порядка третьим лицом

(субагентом), что также исключено в доверительном управлении, которое возможно

осуществлять и на безвозмездных началах.

Управляющий чужим имуществом всегда совершает соответствующие действия

от своего имени, однако указывает при этом, что он действует в качестве такого

управляющего. Отмеченное обстоятельство достигается путем информирования об

этом третьих лиц в устных сделках или пометок «Д.У.» («доверительный управляющий»),

проставляемых после имени или наименования доверительного управляющего в письменных

сделках и документах. При этом условии управляющий становится стороной совершенных

им сделок, а долги по вытекающим из них обязательствам погашаются им прежде

всего за счет переданного в управление имущества (п. 3 ст. 1022 ГК). При отсутствии

такой информации считается, что управляющий заключил сделку в личных целях

и отвечать по ней перед контрагентами он будет личным имуществом, а не имуществом,

переданным ему в управление (п. 3 ст. 1012 ГК).

Таким образом, управляющий действует от своего имени, извещая, однако,

всех третьих лиц о своем особом положении. Данная ситуация не свойственна

отношениям поручения, комиссии, агентирования. Кроме того, никаких личнодоверительных

отношений (как, например, в договоре поручения) между сторонами этого договора

не предполагается. Термин «доверительное» применительно к управлению по данному

договору носит условный характер и не имеет юридического значения.

Объектом доверительного управления может быть не любое имущество собственника.

Кодекс прямо называет в этом качестве объекты недвижимости, включая имущественные

комплексы (п. 1 ст. 130, ст. 132), ценные бумаги и права, удостоверенные бездокументарными

ценными бумагами, исключительные права (п. 1 ст. 1013). Другое имущество (движимые

вещи) может стать объектом рассматриваемого договора лишь при возможности

его обособления и учета на отдельном балансе или отдельном банковском счете

(п. 1 ст. 1018 ГК). Необходимость такого обособления вызывается самой природой

отношений доверительного управления, не допускающей возможности смешения находящегося

в управлении имущества с личным имуществом управляющего. Это, в свою очередь,

исключает передачу в доверительное управление, например, только обычных движимых

вещей потребительского назначения, ибо обособить их в юридическом смысле (путем

открытия отдельного баланса) невозможно. Иное дело — жилой дом или имущественный

комплекс, в состав которого могут входить и движимые вещи и который вполне

может быть объектом доверительного управления.

Лишь при передаче в доверительное управление ценных бумаг закон разрешает

их объединение, даже если они принадлежат разным лицам (ч. 1 ст. 1025 ГК).

Однако и в этом случае объединяются ценные бумаги разных учредителей, которые

все равно должны быть обособлены от имущества управляющего, в том числе от

принадлежащих ему аналогичных ценных бумаг. Эта возможность распространяется

и на права, удостоверенные «бездокументарными ценными бумагами» (ч. 4 ст.

1025 ГК). Федеральный закон может предусмотреть и иные особенности передачи

в доверительное управление ценных бумаг.

С этой точки зрения следует иметь в виду, что деньги как разновидность

движимых вещей сами по себе (не в составе имущественного комплекса) не должны

становиться объектом доверительного управления. Ведь при их использовании

в имущественном обороте право собственности на соответствующие купюры неизбежно

утрачивается и они не могут быть возвращены собственнику по окончании срока

договора. Очевидно, что собственника обычно и не интересует возврат тех же

самых купюр. Речь идет о сохранении и приумножении самой денежной суммы, которая

не может быть признана вещью (хотя и входит в понятие «имущество»). «Обособление»

денег на банковском счете, как уже отмечалось (см. комментарий к главе 45

ГК), в действительности есть лишь форма их учета, а сам банковский вклад или

находящаяся на банковском счете сумма представляют собой обязательственное

право требования, а не вещь. Поэтому здесь подразумевается передача в доверительное

управление данного права, что также происходит при переходе в доверительное

управление «бездокументарных ценных бумаг» (например, акций или ГКО, существующих

лишь в виде записей в памяти ЭВМ и являющихся способами фиксации имущественных

прав в соответствии со ст. 149 ГК).

Изложенным объясняется содержащийся в п. 2 ст. 1013 Кодекса запрет передачи

в доверительное управление денег, если только иное прямо не предусмотрено

законом. Новая редакция Закона о банках и банковской деятельности допустила

«доверительное управление денежными средствами» по договору не только для

банков, но и для всех кредитных организаций (ч. 2 ст. 5). Более того, согласно

ст. 7 Федерального закона от 3 февраля 1996 года «О внесении изменений и дополнений

в Закон РСФСР «О банках и банковской деятельности в РСФСР» доверительное управление

денежными средствами по договору с физическими и юридическими лицами может

теперь осуществляться и организациями, не являющимися кредитными, но при условии

получения ими лицензии на этот вид деятельности.

Тем самым сделана законодательная попытка сохранить правовую базу для

функционирования «управляющих компаний паевых инвестиционных фондов», которые

формально призваны осуществлять «доверительное управление» средствами «инвесторов»,

а фактически вправе «инвестировать» собранное ими имущество «в ценные бумаги,

недвижимость, банковские депозиты и иное имущество», то есть отчуждать его,

а не управлять им, причем «инвесторы» не вправе давать такой организации «какие-либо

указания или иным образом вмешиваться в осуществление ею своих прав и исполнение

обязанностей» (пп. 10 и 11 Указа Президента РФ от 26 июля 1995 года N 765

«О дополнительных мерах по повышению эффективности инвестиционной политики

Российской Федерации»). Разумеется, никакого «доверительного управления» денежными

средствами при этом не происходит.

Разрешая передачу денежных средств в управление по договору в случаях,

предусмотренных законом, ГК предполагает распространение и на эти отношения

своих норм о данном договоре. Следовательно, в соответствии с п. 1 ст. 1018

необходимо обособление и переданных в доверительное управление денежных сумм

(в данном случае путем открытия отдельного банковского счета для каждого учредителя).

Для этого недостаточно осуществить выдачу «инвестиционных паев» и их последующий

учет «специализированным депозитарием» (пп. 1 и 3 названного Указа), тем более,

что такие «паи» объявлены ценной бумагой в противоречии с правилом ст. 143

ГК, разрешающей вводить новые виды ценных бумаг только законом или в установленном

им порядке. Поэтому правовой режим имущества «паевых инвестиционных фондов»

и с этих позиций вызывает сомнения в своей законности, а интересы их «инвесторов»

— в своей обеспеченности.

Кодекс запрещает передавать в доверительное управление имущество, находящееся

в хозяйственном ведении (государственных и муниципальных предприятий) или

в оперативном управлении (казенных предприятий или финансируемых собственниками

учреждений) (п. 3 ст. 1013). Ведь такое имущество уже передано собственником

на ограниченном вещном праве самостоятельным юридическим лицам. Последние

сами не вправе выступать учредителями доверительного управления в отношении

закрепленного за ними имущества собственника, ибо тогда теряет смысл само

их существование. Если же собственник передаст их имущество в доверительное

управление, у них исчезнет объект их вещного права. В силу правила ст. 305

ГК такие предприятия и учреждения могут защищать свое право, в том числе и

в отношениях с самим собственником, и тем самым препятствовать ему в установлении

Поэтому собственник, в том числе (и прежде всего) публичный, считающий

целесообразным отдать в доверительное управление принадлежащий ему имущественный

комплекс (например, предприятие), должен вначале прекратить вещные права других

лиц на это имущество. Иначе говоря, ему необходимо либо ликвидировать созданное

им юридическое лицо (в порядке, предусмотренном ст. 61-64 ГК), либо изъять

у него часть имущества (что возможно только применительно к субъектам права

оперативного управления в порядке, указанном в п. 2 ст. 296 ГК). Имущество,

оставшееся после расчетов с кредиторами ликвидированного предприятия либо

изъятое у учреждения, и может стать объектом договора доверительного управления

Вместе с тем в доверительное управление может быть передано имущество,

находящееся в залоге (например, обремененная ипотекой недвижимость или находящиеся

в залоге имущественные права, в том числе удостоверенные «бездокументарными

ценными бумагами»), поскольку право собственности на него остается у залогодателя.

Доверительный управляющий должен быть предупрежден собственником об обременении

имущества залогом, поскольку такое имущество может стать объектом взыскания

залогодержателя (п. 1 ст. 1019 ГК). При отсутствии предупреждения со стороны

учредителя-собственника управляющий получает право на судебное расторжение

заключенного им договора и уплату годового вознаграждения (п. 2 ст. 1019).

Учредителем в договоре доверительного управления может быть любой собственник

имущества, а в случаях, прямо предусмотренных законом, — иное лицо: орган

опеки и попечительства в соответствии с п. 1 ст. 38 ГК, арбитражный суд при

назначении конкурсного управляющего имуществом банкрота (ст. 1014). Лицо,

обладающее ограниченным вещным правом, не может быть учредителем, ибо оно

не в состоянии наделить доверительного управляющего возможностью осуществлять

правомочия собственника (п. 1 ст. 1020 ГК), так как само не обладает ими.

Субъекты же обязательственных и исключительных прав, например вкладчики

кредитных организаций и управомоченные по «бездокументарным ценным бумагам»

лица, авторы и патентообладатели, могут стать учредителями (если, разумеется,

это не противоречит существу соответствующих прав, например прав хранителя

или неимущественных правомочий исключительного характера) (ср. п. 1 ст. 1013

и ст. 1026 ГК). Они наделяют доверительных управляющих возможностью реализации

принадлежащих им прав, оставаясь управомоченными лицами. Имущественные права

не нуждаются в специальном обособлении, ибо до прекращения данного права или

передачи (цессии) его другому лицу управомоченным остается прежний правообладатель

и потому такое имущество не может смешиваться с имуществом доверительного

управляющего. Указанные права подлежат специальному учету лишь в составе имущественных

комплексов, передаваемых в доверительное управление.

В качестве доверительного управляющего может действовать лишь профессиональный

участник имущественного оборота — индивидуальный предприниматель или коммерческая

организация. Запрет на осуществление этой роли унитарными государственными

или муниципальными предприятиями (п. 1 ст. 1015 ГК) связан с возможной ответственностью

управляющего по обязательствам принадлежащим ему имуществом (ст. 1022), что

исключается ограниченным характером прав такого юридического лица на закрепленное

за ним имущество собственника (п. 2 ст. 295 ГК). Очевидна и невозможность

выступления в этом качестве некоммерческих организаций или граждан, не являющихся

предпринимателями, поскольку деятельность управляющего предполагает постоянное

совершение юридических действий, то есть профессиональное участие в имущественном

Выгодоприобретатель (бенефициар) не является стороной договора (если,

конечно, в этой роли не выступает сам собственник-учредитель, что может быть

достаточно распространенным явлением). Его правовое положение определяется

общими правилами Кодекса о договоре в пользу третьего лица, типичную разновидность

которого как раз и представляет рассматриваемый договор. С этой точки зрения

выгодоприобретатель вправе требовать от управляющего соответствующего исполнения

в свою пользу, а для досрочного прекращения или изменения заключенного договора

может понадобиться его согласие (п. 1 и 2 ст. 430 ГК), если иное не предусмотрено

законом или договором (п. 1 ст. 1024 ГК).

Кодекс устанавливает существенные условия договора доверительного управления

имуществом, при отсутствии указания которых в тексте договора он считается

незаключенным (п. 1 ст. 432). К их числу отнесены условия о точном составе

передаваемого в управление имущества (ибо оно по окончании срока договора

по общему правилу подлежит возврату учредителю); о наименовании бенефициара

(выгодоприобретателя), в пользу которого учреждается доверительное управление

(в этой роли может быть и собственник-учредитель); размер и форма вознаграждения

(однократно уплачиваемая сумма, ежемесячные выплаты, часть дохода от реализации

имущества и т. п.) управляющему, если договор по соглашению сторон не является

безвозмездным; срок действия договора. Следует иметь в виду, что как вознаграждение

управляющему в возмездном договоре, так и возмещение произведенных им необходимых

расходов (осуществляемое и в безвозмездном договоре) может производиться лишь

за счет доходов от использования переданного в управление имущества (ст. 1023

ГК). Это правило призвано стимулировать эффективность и доходность управления.

Договор доверительного управления является срочным, причем срок его действия

Читайте так же:  Рса как вернуть скидку по осаго

не может превышать пяти лет. Это правило служит одной из гарантий имущественных

интересов учредителей. Если же они не имеют возражений относительно исполнения

данного договора и не заявляют о необходимости его прекращения по истечении

согласованного срока, то при наличии аналогичного отношения со стороны управляющего

договор считается продленным на тот же срок и на тех же условиях, которые

были им предусмотрены (абз. 2 п. 2 ст. 1016 ГК), то есть опять на срок не

свыше пяти лет. Таким образом, договор доверительного управления не может

прикрывать отчуждение имущества собственника (совершение под видом этого договора

сделок купли-продажи или дарения имущества). Для отдельных видов имущества,

передаваемых в управление, федеральный закон может ввести иные (более краткие

или длительные) сроки.

Договор доверительного управления имуществом должен быть заключен в письменной

форме под страхом признания его недействительным (п. 1 и 3 ст. 1017 ГК). Передача

в доверительное управление недвижимости должна быть оформлена по правилам

договора продажи недвижимости. Здесь подразумевается составление и подписание

сторонами не только текста договора, но и передаточного акта или иного документа

о фактической передаче недвижимости в управление (п. 1 ст. 556), а при передаче

в управление предприятия как имущественного комплекса необходимы еще и акт

инвентаризации имущества, бухгалтерский баланс, заключение независимого аудитора

о составе и стоимости имущества и перечень всех долгов и обязательств (п.

2 ст. 561 ГК). Поскольку имущество унитарного предприятия может быть передано

в доверительное управление только после ликвидации данного юридического лица,

составление перечня долгов здесь невозможно (так как они погашаются в ходе

ликвидации), а документы об оценке касаются остатка соответствующего имущества.

Правила о продаже недвижимости (7, 8 главы 30 ГК) не предусматривают

теперь обязательной нотариальной формы таких сделок, имея в виду их обязательную

государственную регистрацию в соответствии со специальным законом (п. 6 ст.

131 ГК). Однако до его принятия согласно ст. 7 Вводного закона правила о нотариальном

удостоверении таких договоров, установленные ранее действовавшим законодательством,

сохраняют силу. Процесс передачи недвижимости в доверительное управление во

всех случаях должен завершаться государственной регистрацией этой сделки.

В отношении переданного в доверительное управление имущества управляющий

осуществляет правомочия собственника (п. 1 ст. 209 ГК) в пределах, введенных

законом и договором. Иначе говоря, в указанных пределах в отношении третьих

лиц он выступает в роли собственника, хотя и не является им. Однако он действует

не в своих интересах, а в интересах собственника (или назначенного им выгодоприобретателя),

хотя и от своего имени. При этом собственник-учредитель передает управляющему

не свои правомочия (они остаются у него), а возможность их реализации. В этом

смысле положение управляющего имеет известное сходство со статусом представителя,

который также в определенных рамках осуществляет некоторые правомочия представляемого.

Однако правомочие распоряжения, включая возможности отчуждения, управляющий

может реализовать лишь в случаях и в пределах, прямо предусмотренных договором

Управляющий как титульный владелец имущества учредителя вправе применить

для защиты своего владения вещно-правовые иски об истребовании соответствующих

вещей из чужого незаконного владения (ст. 301, 302) и об устранении препятствий

в их использовании (ст. 304), в том числе предъявляя их к собственнику в период

действия договора (ст. 305), что прямо указано в п. 3 ст. 1020 Кодекса. Находящееся

у него в управлении имущество собственника не может служить объектом взыскания

кредиторов собственника, если только последний не был признан банкротом (п.

2 ст. 1018 ГК). В таком случае доверительное управление прекращается и находившееся

в нем имущество собственника включается в конкурсную массу для удовлетворения

требований всех его кредиторов. Указанные правила призваны гарантировать неприкосновенность

материальной основы доверительного управления.

Поскольку управляющий осуществляет доверительное управление обособленным

имуществом собственника-учредителя, приобретенные им в результате таких действий

права включаются в состав этого имущества, а обязанности исполняются за его

счет (п. 2 ст. 1020 ГК). Здесь вновь проявляется необходимость юридического

обособления переданного в доверительное управление имущества от иного имущества

управляющего. При недостаточности такого имущества для погашения возникших

в связи с его доверительным управлением обязательств взыскание может быть

обращено на личное имущество доверительного управляющего, а если и его не

хватит для удовлетворения требований кредиторов — на имущество учредителя-собственника,

не переданное в доверительное управление (п. 3 ст. 1022 ГК). Такая двухступенчатая

система субсидиарной ответственности (ст. 399) продиктована тем, что именно

управляющий, использующий чужое имущество, должен в первую очередь нести ответственность

по образовавшимся в этой связи долгам, но при недостатке его имущества к субсидиарной

ответственности необходимо привлекать собственника-учредителя, ибо соответствующие

сделки совершались управляющим в его интересах и по его поручению.

Однако наряду с ответственностью перед третьими лицами существует проблема

ответственности управляющего-предпринимателя перед собственником-учредителем

за убытки, причиненные его имуществу в результате действий управляющего. Закон

исходит из того, что доверительный управляющий как профессиональный предприниматель

должен нести повышенную ответственность за убытки, причиненные участникам

отношений доверительного управления в результате его действий (ст. 401 ГК).

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 1022 он отвечает как за виновно причиненные,

так и за случайно возникшие убытки и может освободиться от ответственности,

только доказав, что убытки — результат непреодолимой силы либо действий учредителя

управления или выгодоприобретателя. При этом обязанность (бремя) доказывания

возлагается на управляющего и, пока он не докажет обратное, предполагается

(презюмируется) его ответственность.

Выгодоприобретателю управляющий обязан возместить убытки в виде упущенной

выгоды (неполученных доходов, включенных в договор) за время доверительного

управления. Учредителю выплачивается как реальный ущерб, так и упущенная выгода,

то есть убытки в полном объеме (п. 2 ст. 15, абз. 1 п. 1 ст. 1022 ГК). В обеспечение

компенсации названных возможных убытков договор доверительного управления

может предусматривать предоставление доверительным управляющим учредителю

залога (п. 4 ст. 1022), правовой режим которого определяется по общим правилам

о залоге (3 главы 23 ГК).

Основанием возмещения управляющим убытков участникам отношений доверительного

управления служит непроявление им «должной заботливости» об интересах выгодоприобретателя

или учредителя управления. При этом отсутствие такой заботливости свидетельствует

о наличии в его поведении признаков вины (абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК), которая

в данном случае отнюдь не является необходимым основанием ответственности

управляющего, ибо такая ответственность возможна и при отсутствии вины. Столь

строгий подход закона объясняется необходимостью повышенной защиты интересов

учредителя и выгодоприобретателя, обычно не относящихся в отличие от управляющего

к профессиональным предпринимателям.

Если управляющий совершает сделки по управлению доверенным ему имуществом

с превышением своих полномочий или с выходом за установленные для него пределы

осуществления прав собственника-учредителя, он должен сам нести и все обязательства

по таким сделкам (п. 2 ст. 1022, п. 1 ст. 183 ГК). Об этом, однако, могут

не быть осведомлены третьи лица — контрагенты по сделкам, тем более что управляющий

информирует их об особенностях своего статуса по правилам п. 3 ст. 1012 ГК,

в частности путем обязательного проставления пометки «Д.У.» на всех письменных

документах. Они же рассчитывали на погашение своих требований за счет переданного

в управление имущества, а не за счет имущества управляющего. Поэтому закон

дает им право в таких случаях требовать удовлетворения за счет находящегося

в управлении имущества при субсидиарной ответственности управляющего и учредителя.

Однако учредитель в регрессном порядке получает право на возмещение всех причиненных

ему убытков за счет имущества управляющего (п. 2 ст. 1022 ГК).

Предполагается, что доверительный управляющий лично осуществляет как

юридические, так и фактические действия по управлению имуществом учредителя.

Хотя сам договор доверительного управления, как уже отмечалось, не относится

к числу лично-доверительных (фидуциарных) сделок, обязанности управляющего

здесь носят личный характер (см. п. 1 ст. 313 ГК). Он вправе возложить их

исполнение на третье лицо фактически лишь в тех же исключительных случаях,

когда допускается возможность передоверия (ср. п. 2 ст. 1021 и п. 1 ст. 187

ГК) либо такая возможность прямо предусмотрена договором или полученным письменным

согласием учредителя. При этом он остается ответственным перед учредителем

и выгодоприобретателем за все акции по управлению имуществом, совершенные

выбранным им для этого в указанных случаях лицом. Закон не случайно именует

это лицо «поверенным» (управляющего), ибо его действия юридически будут считаться

действиями самого управляющего, поскольку он отвечает за них «как за свои

собственные» (абз. 2 п. 2 ст. 1021 ГК).

Обязанностью доверительного управляющего является также представление

как учредителю, так и выгодоприобретателю отчетов о своей деятельности. Порядок

и сроки их представления устанавливаются договором (п. 4 ст. 1020 ГК). Принятие

отчетов без возражений свидетельствует о надлежащем исполнении управляющим

своих обязанностей по договору. Оно также имеет важное значение с точки зрения

выплаты управляющему установленного договором вознаграждения и возмещения

необходимых расходов, поскольку и то и другое должно производиться исключительно

за счет доходов от использования переданного в управление имущества. При этом

управляющему компенсируются не все, а лишь необходимые расходы, понесенные

им в связи с осуществлением доверительного управления.

Договор доверительного управления имуществом прекращается прежде всего

в связи со смертью гражданина или ликвидацией юридического лица, бывших выгодоприобретателями,

так как при отсутствии выгодоприобретателя данный договор теряет смысл. Признание

гражданина-выгодоприобретателя недееспособным или ограниченно дееспособным,

как и реорганизация выгодоприобретателя-юридического лица, сами по себе не

прекращают данный договор. Более того, соглашением сторон может быть предусмотрено

его сохранение при смерти выгодоприобретателя (для его наследников).

Договор доверительного управления прекращается также банкротством учредителя,

в том числе индивидуального предпринимателя, ибо переданное в управление имущество

должно в этом случае поступить в конкурсную массу (п. 2 ст. 1018). Смерть

учредителя (при сохранении выгодоприобретателя) может не повлечь прекращения

договора, поскольку его права и обязанности в этом случае перейдут к его наследникам.

Ликвидация юридического лица-учредителя по общему правилу прекращает его обязательства

(ст. 419 ГК), в том числе и по данному договору, и, следовательно, тоже становится

основанием прекращения его действия.

Поскольку данный договор предполагает личное выполнение управляющим своих

обязанностей, его смерть, признание недееспособным, ограниченно дееспособным

или безвестно отсутствующим являются безусловным основанием прекращения договора.

Признание гражданина-управляющего банкротом тоже прекращает договор, ибо такой

управляющий лишается статуса индивидуального предпринимателя (п. 1 ст. 25

ГК) и, следовательно, права на выступление в качестве управляющего. В силу

ст. 419 Кодекса такие же последствия влечет и ликвидация юридического лица-управляющего,

в том числе в случае его банкротства (абз. 2 п. 1 ст. 65 ГК).

Невозможность для доверительного управляющего лично осуществлять управление,

которая вполне может быть вызвана случайными причинами (например, длительная

болезнь индивидуального предпринимателя), служит, в свою очередь, законным

поводом для отказа как самого управляющего, так и учредителя от осуществления

доверительного управления. Очевидно, что и в этом случае данный договор подлежит

прекращению. Однако другая сторона договора должна быть предварительно извещена

об этом — по общему правилу за три месяца до момента прекращения договора

Такие же последствия влечет односторонний отказ бенефициара от получения

выгод по договору (п. 4 ст. 430 ГК), если только договором не предусмотрено

иное (переход прав бенефициара к учредителю). Учредитель управления также

вправе в одностороннем порядке отказаться от договора, выплатив управляющему

обусловленное договором вознаграждение. Это связано с сохранением учредителем-собственником

правомочия распоряжения принадлежащим ему имуществом (разумеется, с учетом

законных интересов управляющего-предпринимателя, заключающихся в получении

вознаграждения и компенсации необходимых расходов). При одностороннем отказе

от договора другая сторона должна быть извещена об этом заблаговременно (по

общему правилу за три месяца до его прекращения). Очевидно, что сложный характер

выполняемых по этому договору действий препятствует их быстрому прекращению.

Закон не указывает на возможность одностороннего отказа управляющего

от исполнения договора (за исключением случая невозможности лично осуществлять

доверительное управление имуществом). Будучи профессиональным предпринимателем,

он обязан выполнять лежащие на нем обязанности, а его односторонний отказ

следует рассматривать как нарушение договора, влекущее возможность применения

к нему соответствующих мер имущественной ответственности.

При прекращении договора доверительного управления имущество, переданное

в управление, по общему правилу подлежит возврату собственнику-учредителю

(п. 3 ст. 1024 ГК). Но договором может быть предусмотрено и иное последствие,

например передача имущества бенефициару или даже выкуп его управляющим.

Комментарий к части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации для предпринимателей.

Гражданский Кодекс Российской Федерации для предпринимателей. … также отношения между лицами, которые осуществляют предпринимательскую деятельность.

деятельность без образования юридического лица, признается предпринимателем. … (п. 2 ст. 23 Кодекса) и соответственно к его предпринимательской деятельности.

и наиболее подробно те, которые были в большей степени характерны для … Уже через несколько месяцев после принятия Кодекса права частных предпринимателей.

Гражданский Кодекс Российской Федерации для предпринимателей. Комментарий к части первой.

Статья 171. Незаконное предпринимательство. … Комментарий к части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации для предпринимателей.

Обращает на себя внимание тот факт, что в некоторых случаях статьи Кодекса содержат принципиально различные нормы для предпринимателей и лиц.

2. В предпринимательской деятельности комплексный, всесторонний подход к … Этот кодекс еще не принят). Второй элемент представлен нормами гражданского права в «действии», в «работе».